The idea of law and the legal future of Russia. On the philosophical and legal views of Nikolai Ivanovich Turgenev
Table of contents
Share
Metrics
The idea of law and the legal future of Russia. On the philosophical and legal views of Nikolai Ivanovich Turgenev
Annotation
PII
S258770110009989-9-1
DOI
10.18254/S258770110009989-9
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Sergey Chizhkov 
Occupation: Senior Research Fellow, Department of the Philosophy of Russian History
Affiliation: Institute of Philosophy of RAS
Address: Moscow, 12/1 Goncharnaya Str., 109240, Russian Federation
Edition
Abstract

Nikolay Ivanovich Turgenev is known as an economist, a representative of the Adam Smith school and, accordingly, as a representative of economic liberalism and free trade. However, to an even greater extent, he should be considered as the ancestor of the legal liberalism which was particular distinctive for the Russian reality. From the beginning of the 1820s, the ideas of law and the improvement of Russian justice carried him away. But after the Decembrists trial, among whom he was the development of issues of proper justice and the right guarantees of the defendants became his main task in life. His contribution is enormous. He was first in Russia who substantiates the principle of the independence of the court and judges, openness and publicity of legal proceedings. He insisted on the necessity of lawyer institution and saw it as a form of estate (community) of independent professionals. Moreover, he believed that the judiciary itself should be formed mostly from lawyers (barristers) and not from functionaries. Most of his works appeared in emigration, but they were not a secret for the Russian public. Since the late 1850s Turgenev was actively involved in the discussion of reforms. The basic principles and objectives of the judicial reform of Alexander II practically coincide with the way they were formulated by Nikolai Turgenev forty years before.

Keywords
Turgenev Nikolay, Russia, XIX century, Decembrists, judicial system, judicial reform, law, liberalism, legal philosophy, philosophy of politics, jury trial, advocacy, reforms of Alexander II
Received
15.03.2020
Date of publication
24.06.2020
Number of purchasers
24
Views
917
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf

To download PDF you should sign in

Additional services access
Additional services for the article
Additional services for all issues for 2020
1 Николай Иванович Тургенев (1789 – 1871) прожил долгую и довольно сложную жизнь, она протекала на фоне глубоких потрясений и столь же глубоких преобразований, как в России, так и в Европе, непосредственным участником которых ему довелось быть. Формирование научных интересов Тургенева и их изменение тоже было тесно связано как с судьбами России и Европы, так и с крутыми поворотами в его собственной судьбе.
2 Николай Тургенев учился, как и его старший брат Александр, в Геттингенском университете, где изучал историю, право и политэкономию. Политэкономия в те годы преподавалась на юридических факультетах. В конце 1811 года он ушел из университета, а в 1812 году вернулся в Россию.
3 Подводя итог студенческих лет Николая Тургенева, А.Н. Шебунин отмечает в своем исследовании: «Тургенев отрешился от молодого сентиментализма, потерял интерес к религиозным вопросам, заинтересовался экономикой и склонил свои симпатии к идеям экономического либерализма. Чисто политические взгляды его не стали более определенными и менее зависимыми от ходячих дворянских воззрений. Но углубилось его отрицательное отношение к крепостному праву, как институту, стесняющему частную хозяйственную инициативу и противоречащему идее свободы труда»1.
1. Шебунин А.Н. Николай Иванович Тургенев. М.: Государственное издательство, [1925]. С. 40.
4 О научных интересах Николая Тургенева в это время можно судить по его переписке с братом Сергеем, который намеревался как раз поступать в этот университет и изучать право. В письме от 7 сентября 1811 года Николай довольно подробно описывает не только и даже не столько то, что и как преподается в этом университете, сколько излагает свое собственное мнение о пользе или бесполезности обучения тем или иным университетским дисциплинам.
5

Как мы видим из этого письма, юриспруденция в целом у него явно не в почете. Николай уверяет своего брата, что юриспруденция – это «сухая материя», которая, к тому же не может быть применена в России и никого там не интересует. Исключение он делает только для нескольких дисциплин, читаемых на факультете и имеющих либо общекультурный (курс истории римского права), либо прикладной характер. Хотя уголовное право он считает самой богатой по содержанию частью юриспруденции, Николай все рекомендует брату «заняться всеобщею политикою, включая туда и естественное право»2. Сам же для себя он открыл «полицию». Рекомендуя брату эту дисциплину в курсе юридического факультета, он пишет: «В особенности хорошо, очень хорошо заняться полициею — вот, брат, приятное и полезное вместе»3. Под «полицией» он, конечно, имеет в виду «полицейское право». Современного читателя такой его выбор и такая оценка могут удивить, но если заглянуть в учебники по полицейскому праву тех времен, то можно с удивлением обнаружить, что под полицией и ее полномочиями понимали что-то принципиально иное, нежели сегодня. Полиция в германских землях в те годы – это преимущественно гражданская служба. За полицией закреплялись административно-хозяйственные, социальные и надзорные функции. Перечень этих функций довольно велик. Полиция должна предупреждать и справлять все, что может нанести какой-либо вред людям и обществу: предупреждение ситуаций, которые могут привести к массовым инфекциям, к преступности, к нарушению общественного покоя, контроль за строительством зданий, работой аптек, за чистотой улиц и их освещенностью, за чистотой торговых мест и т.д. К полицейским функциям относились также надзор и опека над неблагополучными семьями, предупреждение «промотания» имущества и бедности. Не случайно Николай Иванович называет все это делом полезным.

2. Декабрист Н.И. Тургенев. Письма к брату С.И. Тургеневу. Л., М.: Изд. Академии наук СССР. 1936. С. 97.

3. Там же.
6

Как следует из этого письма, для себя Николай Тургенев выбрал основным предметом политэкономию. В университете он прослушал курс лекций по этому предмету проф. Георга Сарториуса. Проф. Сарториус был историком и юристом. Основной сферой его интересов был все-таки история, в частности история Ганзейского союза, экономических и политических связей немецких земель. Политэкономию он преподавал хотя и опираясь в основном на идеи А. Смита, но с определенной «поправкой» на идеи исторической школы права, которые активно развивались в Геттингенском университете в это время. Густав Гуго, основатель этой школы, читал курс истории права, который посещал Н.И. Тургенев, как раз с позиций этой школы. Чистый индивидуализм экономического либерализма в Германии воспринимался с некоторым скепсисом, в ней всегда доминировали холистические идеи и принципы. Возможно, именно поэтому Николай настоятельно рекомендует брату Сергею обязательно познакомиться с работами самого Адама Смита.

7

Сколь серьезным было изучение Николаем Ивановичем вопросов политэкономии, говорить излишне. Его книга «Опыт теории налогов» выдержала два издания – в 1818 и 1819 годах. Это была первая книга, написанная в России на основе принципов классического экономического либерализма. В предисловии Тургенев так формулирует свой главный тезис: «Все благое основывается на свободе, а злое происходит оттого, что некоторые из людей, обманываясь в своем предназначении, берут на себя дерзкую обязанность за других смотреть, думать, за других действовать и прилагать о них самое мелочное и всегда тщетное попечение»4. Александр Петрович Куницын дает высокую оценку этой работе и по существу реферирует ее содержание в своем «Рассмотрении книги «Опыт теории налогов», сочиненной Николаем Тургеневым»5. Он также подчеркивает, что, не смотря на появившиеся работы Адама Смита в русском переводе6, книга Тургенева представляет особый интерес для русской науки и русского образования. Более поздние исследователи были и более критичны к книге Тургенева. Так, А.А. Корнилов пишет, что две главы книги Тургенева представляют собой изложение7 соответствующих глав и разделов из «Исследования о природе и причинах богатства народов» А. Смита и составляет до четверти всего объема книги. «В сущности, - пишет Корнилов, - это было не самостоятельное исследование в области финансов, а лишь обстоятельно, умно и добросовестно составленная учена компиляция»8. При этом критик оговаривается, что данное изложение дополнено интересными примерами из европейской и российской жизни и размышлениями о возможности реализации идей Смита для различных обществ и политических устройств. Крайне важна, считает Корнилов, содержащаяся в книге критика крепостного права и основанной на нем податной системы.

4. Тургенев Н.И. Опыт теории налогов. СПб, 1818. С. VII-VIII.

5. См. Куницын А.П. Рассмотрение книги «Опыт теории налогов», сочиненной Николаем Тургеневым // Русские просветители (От Радищева до декабристов). Собр. произведений в двух томах. Т. 1—2. М., «Мысль», 1966. Т. 2. 478 с. С. 189-203

6. В переводе Политковского Н.Р. в 1802-1806 годах основной экономический труд А. Смита издавался под названием «Исследование свойств и причин богатств народов».

7. Корнилов А.А. Очерки истории общественного движения и крестьянского дела в России. СПб., 1905. С. 17-18.

8. Там же. С. 17.
8 После публикации книги Николай Тургенев задумывает издавать журнал, в котором он будет отвечать за освещение вопросов финансов и политики. В январе 1819 года он так видит задачи журнала: «Мне пришло на мысль издавать журнал. Главная цель сего состоит в том, чтобы распространить у нас здравые идеи политические. Для сего составные части журнала будут: политика. Пол[итическая] эконом[ия]. Финансы. Юриспруденция. История. Философия. Сия последняя статья будет состоять из рассуждений о воспитании и из литературы. Я сообщил мою идею Куницыну. Он ее принял … Все статьи должны иметь целью свободомыслие. Старынкевич мог бы принести пользу, написав о суде присяжных, и, между прочим, так как он и свое русское знает, сказать что-нибудь о нашем судопроизводстве… Мы только что разделили между собою работу. Я буду писать о финансах и о политике»9.
9. Декабрист Н.И. Тургенев. Письма к брату С.И. Тургеневу. С. 273-274.
9 О Старынкевиче Тургенев вспомнил не случайно. Николай Алексеевич Старынкевич до войны 1812 года служил в департаменте министерства юстиции. Будучи командирован в Париж в 1815 году он смог ознакомиться с системами судопроизводства в европейских странах, хорошо знал систему судов присяжных Франции и Англии. В 1819 году Старынкевич вышел во временную отставку, хотя периодически все же привлекался к подготовке различных нормативных актов. Было вполне естественным привлечь Старынкевича к освещению вопросов правосудия и нового для многих стран института суда присяжных. Старынкевич снабжал своих друзей, в том числе и Тургенева, литературой о судоустройстве европейских стран.
10 Инициатива с журналом так и не реализовалась, но вопросы надлежащего судоустройства и «жюри», т.е. суда присяжных, Тургенева явно заинтересовали. Ниже мы увидим, как интерес или даже простое любопытство, переросло сначала в постоянный научный интерес, а потом и в главное дело всей жизни. Уже в дневниках Тургенева с осени 1820 до лета 1821 года мы постоянно обнаруживаем записи, что он работает над книгой о «жюри». В письме от 30 сентября 1820 года Николай пишет брату Сергею: «За неимением лучших занятий я пишу теперь о жюри. Мне хочется просто и ясно представить сущность суда присяжных, и мимоходом поговорить о порядке уголовного судопроизводства вообще. Я уже написал несколько тетрадей и некоторые места живо чувствовал. Оканчивая каждую тетрадь, я радовался что оставил М[инистерст]во ф[инансо]в и заменил пустые канцелярские занятия занятиями есть ли не полезными для других, то приятными для меня. Давно я не проводил времени лучше, как писав это»10.
10. Там же. С. 315.
11 В письме от 5 марта 1821 г. Николай Иванович пишет, что продолжает работать над книгой о «жюри»: «П[етер]бург не представляет мне ничего приятного, кроме занятия моею книгою о жюри. Но вот надежды: Куницын издал естествен[ное] право, через час его книгу запрещают и полагают его самого отставить из ведомства м[инистерст]ва дух[овных] дел и просв[ещения] и так лучшего профессора не стало в П[етерб]ургском Университете»11.
11. Там же. С. 328.
12 Менее чем за год произошла резкая смена научных интересов Тургенева. Много позднее в «Записках изгнанника» Тургенев даже не вспомнил, что в этом журнале на самом деле он планировал писать о финансах: «Более всего я желал помещать в задуманном мною журнале статьи, посвященные уголовному законодательству и суду присяжных. Я потратил много времени и сил на изучение суда присяжных и даже посвятил ему почти оконченное сочинение, где постарался показать все преимущества этого установления. Мне также хотелось высветить громадные, бесчисленные недостатки письменной судебной процедуры и доказать крайнюю необходимость принятия в русских судах устного производства»12.
12. Тургенев Н.И. Россия и русские : пер. с фр. / Н.И. Тургенев ; пер. С.В. Житомирская ; коммент. А.Р. Курилкин . – М. : ОГИ, 2001. С. 59. – 743 с
13 Тургенев в «Записках изгнанника» вспоминал, что в своих исследованиях опирался, прежде всего, на сочинения проф. Миттермайера, посвященные вопросам устного уголовного судопроизводства и суду присяжных. Возможно, что Тургенев имеет в виду вышедшею в 1819 году книгу «Die öffentlich mündliche Strafrechtspflege und das Geschworenengericht in Vergleichung mit d. deutschen Strafverfahren» («Публичная устная система уголовного правосудия и суд присяжных по сравнению с немецким уголовным производством»). «Если в России когда-либо будет начата судебная реформа, то осуществлять ее было бы лучше всего под руководством Миттермайера»13.
13. Там же.
14 Интересно, что с работами Миттермайера Тургенев познакомился только осенью 1821 года14. При этом в октябре 1820 года он пишет, что нашел «несколько книжек о сем предмете», но к этому времени он уже написал «все главное о жюри»15. Это «главное о жюри» до нас не дошло в отличие от записки «Судебная реформа» (1822), которая, безусловно, написана с учетом идей Миттермайера. Записка эта чудом сохранилась в архиве Николая Семеновича Мордвинова и позднее была опубликована в 6 томе «Архива гр. Мордвиновых» в 1903 году. Записка эта представляет собой выписку, сделанную Мордвиновым собственноручно, снабженную датой «Ноябрь 1822 года» и собственноручной припиской «Выписано из записки Николая Иванович Тургенева». Редактор, готовивший материал к публикации, в сноске счел нужным написать: «Печатаемая записка, составленная в 1822 г., на 42 года упредила судебную реформу славного императора Александра II»16.
14. См. Архив братьев Тургеневых. Вып. 5. Дневники и письма Николая Ивановича Тургенева за 1816-1824 годы. T. III. Пг., 1921. С. 298 – 303.

15. Декабрист Н.И. Тургенев. Письма к брату С.И. Тургеневу. С. 317.

16. Архив графов Мордвиновых / пред. и прим. В.А. Бильбасова. В 10 т. СПб.: Тип. И.Н. Скороходова, 1901–1903. Т. 6. 1903. С. 299.
15 Остановимся на этом документе подробнее, тем более что Тургенев в нем излагает не только суть нового видения судебной системы, но и аргументированно критикует принципы наличной судебной системы России.
16 Сам он выделяет четыре главных направления судебной реформы. 1. Словесное производство по делу. 2. Гласность судопроизводства. 3. Отделение и независимость судов от правительства. 4. Радикальное переустройство судов и введение института адвокатов.
17 Тургенев начинает свою записку со сравнения немецкой и французской моделей правосудия. Первая основана на теории доказательств, ориентирована на допросы и на получение признания от обвиняемого или подсудимого. Вторая, то есть французская, не знает никакой теории доказательств. Во французской системе никто не обязан обвинять себя или свидетельствовать против себя. Эта система основана по большей части на показаниях свидетелей. «Немецкая система основана на вынуждении признания; французская – на внутреннем убеждении того, кто приговор произносит. Пытка была необходимым следствием немецкой системы, не на уличении подсудимого, но на вынуждении от него признания основанной. Но во Франции приговор предоставляется не судьям ученым, но присяжным, которые судят, должны и могут судить по одному только внутреннему убеждению совести»17. И это внутреннее убеждение формируется через уличение подсудимого посредством свидетельских показаний, а не посредством склонения к признанию. Последнее не играет роли при вынесении приговора во французской системе.
17. Там же. С. 300-301.
18 Хотя Тургенев несколько упростил в этом сравнении как одну, так и другую систему, но принцип сравнения им выбран правильный. То, что Тургенев называет немецкой моделью, на самом деле во многом идет из довольно древних принципов уголовно-процессуального права с его принципом «confessio regina probationum est» («признание – царица доказательств»). Эту систему правосудия сейчас чаще всего называют «инквизиционной». Тургенев подчеркивает, что даже если прямая физическая пытка и запрещена, но все же пытка в форме «пристрастных допросов» неизбежно сохраняется в немецкой модели.
19 Россия, взявшая за основу немецкую модель, усугубила ее двумя существенными недостатками: во-первых, «следствие поручается чиновникам, не к судебному ведомству принадлежащим»18, а во-вторых, в ходе следствия к нему привлекаются священнослужители для склонения обвиняемых к признанию и покаянию, которые якобы только и примиряют преступника с небом.
18. Там же. С. 301.
20 Но на этом недостатки судопроизводства в Росси не заканчиваются, и Тургенев приводит длинный их перечень. В чем же он видит выход из сложившейся ситуации?
21 Суды должны быть гласными и устными, а все собранные письменные доказательства должны быть изучены в ходе устного разбирательства в зале суда и в присутствии подсудимого. Двери залов судебных заседаний должны быть всегда открыты для публики. Гласность судопроизводства не ограничивается только «открытием дверей» и допуском публики в залы судебных заседаний. Под гласностью Тургенев понимает также возможность для сторон ознакомиться со всеми материалами дела, поскольку не может быть в деле закрытых от подсудимого документов.
22 Очень интересные и вполне актуальные даже сегодня аспекты гласности Тургенев отметил еще два века назад. Так все решения судов должны провозглашаться публично и публиковаться в обязательном порядке. Также «во время продолжения дела, тяжущимся или подсудимым должно дозволить печатать записки по делам своим»19. Это будет полезно не только публике, но и судьям. Весь процесс должен быть открытым и гласным, не подлежат разглашению, считает Тургенев, только совещания судей и присяжных при подготовке ими решений.
19. Там же. С. 307.
23 Гласность будет содействовать не только вынесению более справедливых приговоров, но и содействовать улучшению судебной системы в целом, поскольку «правосудие по главному своему свойству не есть дело тьмы, но света»20.
20. Там же. С. 305.
24 Не только принципы судопроизводства должны измениться, но и сама судебная система должна быть радикально перестроена. Главное – отделение судов от правительства. Российская судебная система того времени не представляла собой целостную и независимую систему.
25 Хотя «наше законодательство – пишет Тургенев, – отделяет часть судную от правительственной; но вместе с тем освящает и смешение сих властей, предоставляя следствие чиновникам власти исполнительной, обязывая начальника правительственной части в каждой губернии пересматривать решение уголовной палаты и допуская рассмотрение дел судных в общем собрании Правительствующего Сената, в коем присутствуют и члены, для исполнительной власти определенные»21.
21. Там же. С. 308.
26 Отделение судебной системы от правительства и придание ей независимости в действительности осуществляется, считает Тургенев, через придание этой системе внутренней целостности, а также через наделение судей рядом привилегий. Во-первых, независимость судебной власти должна быть перенесена на судей, то есть на само лицо судьи. Это означает, что судья независим, а его решения беспрекословно исполняются. Для исполнения судебных решений должны быть судебные приставы, независимые от правительства и подчиненные судам. Судья не должен нести ответственность перед властями за принимаемое им решение. Во-вторых, судья должен быть несменяем. Эта несменяемость есть опять-таки результат перенесения на лицо судьи атрибута самой судебной власти. Надо признать, что Тургенев нашел очень интересное объяснение природы привилегий судей. Обычно эти привилегии объясняют утилитарно, мол, при их наличии на судей трудно будет давить.
27 Отделение судебной части от правительственной не будет полным, если следствие по-прежнему будет осуществляться чиновниками, а потом передаваться в суды. Тургенев полагает, что следствие должно надлежащим образом осуществляться чиновниками самой судебной власти. Он пишет: «Для производства следствия должны быть учреждены особые чиновники судебной власти. Так как и самое предание суду должно происходить не иначе, как по приговору судейскому, то всего приличнее, кажется, учредить особые следственные суды, которые решали бы о предании обвиняемого суду или о прекращении всякого над ним дела. В случаях, не терпящих отлагательства, и для открытия преступления, так сказать, по горячим сладам, можно предоставить производство следствия и чиновникам исполнительным, но с тем правилом, чтобы следствия, ими произведенные, рассматриваемы были в суде следственном»22. Николай Тургенев, вероятно, даже предположить не мог, что эта его идея в России будет, по меньшей мере, дважды на протяжении двух веков предметом горячих дискуссий23.
22. Там же. С. 309.

23. С начала 60-х годов XIX века вопрос об отделении следствия от полиции встал особо остро. С введением института судебных следователей полиция была отстранена от предварительного следствия, за ней осталось лишь предварительное дознание. В 2014-2015 года в современной России был поднят вопрос о необходимости введения института следственных судей. Его инициировали ведущие правоведы (Морщакова Т.Г, Зорькин В.Д., Шахрай С.М, Барщевский М.Ю., Клишас А.А., Федотов М.А. и др.). Суть инициативы очень близка главной идее Тургенева об особом значении судебной власти на стадии предварительного следствия, а также по вопросу о передаче дела в суд.
28 Если бы записка Тургенева содержала только эти идеи, то и тогда она бы составила подлинную революцию, но это далеко не все.
29 В разделе «Образование сословия судейского» Тургенев говорит о необходимости формирования корпуса профессиональных судей, судей независимых не только финансово («жалование, достаточное для пристойного существования»), но и административно. Если чиновника можно уволить административно, то судью можно лишить места и звания только на основе законного приговора. «Надлежит также отменить штрафы, налагаемые на судей за мнения их; ибо главная принадлежность судьи состоит именно в том, что он не отвечает никому за данное им мнение. Требовать ответственности вообще можно только по чему-либо положительному, например, по формам; но как требовать ответа по мнению? Если что в человеке независимо, то это мысль его, его мнение. Можно его заставить иначе делать, но нельзя заставить иначе мыслить. Кто по воле другого изменяет мнение свое, тот лжет»24.
24. Архив графов Мордвиновых. Там же. С. 310.
30 Совершенно современно смотрится его идея о количестве судебных инстанций и их функций: «Для всякого рода дел, кажется, что достаточно двух инстанций, которые должны судить дела во всей их сущности и пространств. Кроме сих двух инстанций надлежит иметь высшую ревизионную инстанцию для всех дел вообще, которая, не входя в рассмотрение сущности дел, занималась бы единственно рассмотрением того, соблюдены ли формы, предписанные для судопроизводства, и приложены ли к рассматриваемому делу соответствующе законы»25. Ревизионная инстанция по своим функциям вполне соответствует нашей кассационной инстанции.
25. Там же.
31 Не менее новаторской для российской судебной системы была и идея создания независимого сословия адвокатов. Каждый подсудимый должен иметь адвоката, если же он его не имеет или не может себе его позволить ввиду финансовых затруднений, то адвоката должен назначить суд. Концепция адвокатуры не выглядит до конца разработанной у Тургенева, но сама идея независимой профессии и независимого сословия, безусловно, ценна и актуальна. Высказанная в самом конце записки мысль о том, что «сословие адвокатов может быть рассадником для сословия судей»26, выдает и главную мысль его концепции реформы судов: суд должен быть надежно отделен от государственного чиновничества, карьера судьи не должна быть связана с карьерой чиновника, суд должен стать местом, где человек может законно отстоять свои права и для этого у него должны быть все возможности.
26. Там же. С. 312.
32 Мы так подробно остановились на данной записке, поскольку, во-первых, это практически единственный документ до нас дошедший и показывающий глубину понимания Тургеневым проблем судебной системы России. Во-вторых, этот документ свидетельствует о том, что критика инквизиционного характера российского правосудия Тургеневым состоялась задолго до процесса над декабристами и над ним самим, а последующие его разработки надлежащего устройства судебной власти и критика российской системы не есть некое самооправдание его неявки на суд. Наконец, мы знаем по более поздним воспоминаниям декабристов, что именно эти идеи Тургенева должны были лечь в основу судебного переустройства России. Это и понятно, ведь изложенные в «Конституции» Никиты Михайловича Муравьева основы судебной системы концептуально не идут ни в какое сравнение с разработкой Тургенева. Про концепцию судоустройства в «Русской правде» Павла Ивановича Пестеля и говорить не приходится.
33

Но, быть может, что-то сравнимое с этими идеями Тургенева разрабатывалось в российском государстве помимо или после него? Мы знаем, что и Сперанский и Мордвинов очень высоко оценили эту концепцию судебной реформы Николая Ивановича. После восстания декабристов, приговора и вынужденной эмиграции Тургенева никто уже не мог рассчитывать на его участие в продолжающейся работе над концепцией судебной реформы. Сперанский в рамках работы «Комитета 6 декабря 1826 года» («секретный комитет») по подготовке преобразований государственного аппарата обращался с предложениями подготовить записки по реформированию судебной части к ряду правоведов. В частности он обратился к Михаилу Андреевичу Балугьянскому, который и подготовил для комитета свои соображения. Балугьянский – один из выдающихся юристов своего времени, он был первым ректором Императорского Санкт-Петербургского университета, но в знак протеста против увольнения Куницына и других профессоров университета подал в 1821 году в отставку. С 1826 года Балугьянский возглавляет Второе отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии. Его главная задача – подготовка «Свода законов Российской империи», с которой он успешно справился. Балугьянский в конце 20-х и в 30-ые годы XIX века внес также большой вклад в совершенствование уголовного процесса, сведя к минимуму его инквизиционный характер.

34 По поручению Сперанского Балугьянский подготовил для секретного комитета две записки («Рассуждение об учреждении губерний» 1826 и «Проект судебного устройства» 1828). В них он критикует деспотизм чиновничества, предлагает отделить судебную власть от исполнительной, ввести четкое разграничение компетенции трех властей. Правда, в этих документах он в большей степени обращает внимание на структуру судов, на их обеспечение, нежели предлагает новые принципы судоустройства. Что касается «руководящих начал», то он видит только два: самостоятельность суда и независимость судей. Интересно, однако, что в его концепции судья независим от чиновничества других двух властей, но встроен в судебную иерархию и подчинен власти судебного сената. По сути, судья – это чиновник судебного ведомства. Как все же высоко на этом фоне возвышается концепция Николая Тургенева о природе и смысле независимости судьи!
35 Но даже в таком ограниченном варианте идея реформирования судебной системы была отклонена. По поводу прохождения этого проекта в «Комитете 6 декабря» Н.М. Коркунов пишет: «Самостоятельность судебной власти и независимость судей не вызвали вовсе никаких суждений комитета. Предположения эти, по-видимому, казались тогда не совсем понятными. Таким образом, первая попытка провести начала самостоятельности судебной власти и независимости судей оказалась безуспешной»27.
27. Коркунов Н.М. М.А. Балугьянский. Проект судебного устройства 1828 года. Отд. оттиск из Журнала Министерства Юстиции. С-Пб. 1895. С. 8.
36 Но ведь это означает полное непонимание высшим чиновничеством природы судебной власти. Судебная система в России существует только как инструмент административной системы, а при определенных обстоятельствах и как необходимый инструмент легализации расправы. Это понимается и принимается ими как должное.
37 Резкий поворот Тургенева от вопросов экономики и финансов к вопросам права и правосудия, конечно, имел внутреннюю логику. Может создаться впечатление, что это поворот есть результат его конфликтов в Министерстве финансов, которое он в результате покинул, а увлечение «жюри» – это просто приятное времяпрепровождение, как сам он писал.
38 Тургенев прекрасно понимал, что идеи экономического либерализма успешно себя реализует не во всех странах, а только в тех, где свобода укоренена в правовой системе, которую венчает независимая судебная система. Еще до выхода в свет его книги о налогах Тургенев писал: «Политическая Экономия интересна потому уже, что она родилась вместе с конституционною свободою народов Европы, или: что она неразлучна с сею свободою»28.
28. Архив братьев Тургеневых. Вып. 5. Дневники и письма Н. И. Тургенева за 1816-1824 г. Т. 3. - Петроград. 1921. С. 117.
39 Работа в Департаменте гражданских и уголовных дел под началом Мордвинова оказалась довольно плодотворной, хотя содержательно и эмоционально напряженной, но при этом приносящей большое моральное удовлетворение. К Тургеневу поступали дела, касающиеся споров между крепостными и помещиками, а также дела, касающиеся различных злоупотреблений помещиков. Тургенев не без гордости вспоминал, что за все время его работы ни один зарвавшийся помещик не ушел от ответа. Тургенев вспоминал, что Мордвинов «нередко подтрунивал над моим рвением, направленным в защиту крепостных. «По-вашему, — говорил он мне, — все рабы святые, а все помещики тираны». «Почти», — отвечал я ему вполне серьезно»29.
29. Тургенев Н.И. Россия и русские. С. 63.
40 Но в этой работе его более всего удручала ситуация с правовой точки зрения. Должность, которую занимал Тургенев, была административной, а функции, которые он исполнял по сути своей были судебные. Полная неразбериха с законами до появления «Свода» приводила к тому, что окончательное решение по делу зависело только от того, кто это дело вел, какие законы он применял, а какие игнорировал. Тургенев и сам не раз пользовался таким положением дел, поэтому у него все крестьяне и целые крестьянские общины, которые после конфликта с помещиком сами себе предоставляли свободу, в конечном счете, ее получали. Этим победам способствовало и то, что император при переводе Тургенева в Департамент гражданских и уголовных дел сохранил за ним пост статс-секретаря Государственного совета. Тургенев откровенно этим пользовался и об этом с иронией писал в воспоминаниях. При этом он отчетливо осознавал всю нетерпимость положения, когда решение по делу не опирается целиком на закон, а зависит от убеждений или простых предпочтений того, кто его ведет. Положение это усугубляется еще и тем, что окончательное решение по делу утверждается государем, чье решение во многом зависит от того, кто и как это дело ему доложит.
41

Как известно, в начале 1823 года Тургенев дважды просил Александра I направить его на работу в русское посольство в Англии с тем, чтобы более глубоко изучить работу ее правовой системы и в первую очередь судебной системы. Александр I ему сначала отказал, но в начале 1824 году все-таки отпустил его за границу, но уже для поправки здоровья. Лечение продолжалось более года.

42 Последующие события достаточно хорошо описаны самим Тургеневым и исследователями движения декабристов, но есть одно обстоятельство в этой истории, которое, как нам кажется, требует более пристального внимания.
43 В весьма содержательной статье В.М. Тарасовой «Происхождение либеральной концепции декабризма», опубликованной в 1965 году, дан довольно тонкий анализ оправдательных записок Николая Тургенева и его переписки с братьями по поводу содержания этих записок. Автор обратила внимание на то, что все «оправдательные аргументы», в каком бы виде они не были представлены суду, не могли возыметь необходимого действия. Об этом ему говорили его корреспонденты, да и сам он это отчетливо понимал. Тарасова полагает, что в связи с этим Николай Тургенев разрабатывает «либеральную концепцию декабризма»: «Тургенев доказывает, что в самом желании изменить существующий порядок вещей в России нет ничего преступного»30, что это продолжение линии самого покойного императора.
30. Тарасова В. М. Происхождение либеральной концепции декабризма // История и историки. Историография СССР. М.,1965. С. 327.
44 Тургенев, с одной стороны, пытается интерпретировать деятельность тайных обществ в либеральном ключе, как легальную по своей сути попытку изменить российские порядки в лучшую сторону, с другой, он обращается к ведущим европейским юристам и «заручившись их мнениями и письменными отзывами, Н. И. Тургенев хотел в 1830 г. предстать перед судом для пересмотра дела»31.
31. Там же.
45 В интерпретации Тарасовой получается, что «либеральная концепция декабризма», выдвинутая Тургеневым, – это только один из приемов, к которому он прибегает в процессе подготовки к пересмотру дела.
46 А так ли это на самом деле? Советская историография всегда стремилась изобразить движение декабристов как революционное. Но вот только к Николаю Тургеневу это не применимо. Взгляды самого Николая Тургенева никогда не были радикальными, а на рубеже 20-х годов они претерпели серьезную эволюцию в сторону правового либерального мировоззрения. Из его переписки, дневников и конечно его трудов видно, что он человек с академическим складом ума, а суета и бестолковость тайных обществ ему претили. А.А. Корнилов полагает, что Тургенев даже тяготился своим членством в «Союзе благоденствия», поскольку «он ставил на первый план крестьянский вопрос и разрешения его ждал от самодержавной власти… он не мог особенно дорожить существованием «Союза благоденствия» потому что все, что он делал для достижения своей заветной цели – освобождения или, по крайней мере, облегчения участи крепостных крестьян, – он мог делать и делал помимо «Союза» и независимо от своей принадлежности к нему»32.
32. Корнилов А.А. Очерки истории общественного движения и крестьянского дела в России. С. 76–77.
47 «Союз благоденствия» и по своему уставу и по фактически проводившейся работе – это филантропическая гуманитарная организация, «действующая к благу России». Четыре направления ее деятельности – это по сути гуманитарно-благотворительные направления. Разговоры в обществе велись разные, в том числе и касающиеся возможности республиканского правления, но это не были решения, планы действия или постановления Коренной управы, как позднее это было интерпретировано следствием. Известно, что именно Тургенев повел дело к закрытию и фактически закрыл этот «Союз». Ни в какие тайные общества больше не вступал. В связи с отъездом Тургенева за границу Александр I дружески попросил его быть осторожнее и держаться подальше от революционеров, которые наверняка захотят его привлечь на свою сторону33. Перед самым отъездом Тургенева посетил Пестель с идеей восстановить «Союз» или хотя бы не афишировать этого, чтобы люди «верили в его существование». Тургенев с иронией и одновременно с некоторым сочувствием говорит о Пестеле, но идеи его ему абсолютно чужды.
33. Тургенев Н.И. Россия и русские. С. 80.
48 Можно с полной уверенностью сказать, что «либеральная концепция декабризма» во всяком случае, в том, что касается самого Николая Тургенева, его взглядов, его роли в тайных обществах, его представлений о направлении развития России и его конкретного вклада в это развитие, не есть некая его уловка перед судом, а совершенно адекватная интерпретация.
49 Но вернемся к мотивам его неявки в суд. Конечно, никто не хочет расправы над собой, и даже Николай I "как человек" не рекомендовал бы ему на него являться. Тургенев находится перед очень тяжелым нравственным выбором. Есть понятие чести, чести дворянской и дворянской солидарности. Пострадали его друзья по обществу, в котором он был одним из лидеров и основателей. По понятиям чести, вероятно, он должен был бы стоять вместе с ними и вместе с ними держать ответ. Он не является и доказывает, что обвинения против него – это недоразумение. Исследователи обращают главное свое внимание на то, какие аргументы Тургенев приводит против обвинений и свидетельств , насколько они правдивы, подтверждаются или опровергаются другими участниками, не являются ли его аргументы всего лишь самооправданием и не много ли в них «розовой водицы». Наверное, и «розовая водица» есть, но не это главное.
50 Главное, что упускается из вида в таких исследованиях, это оценка Тургеневым самого суда, его инквизиционной природы. Тургенев прекрасно осознавал разницу между судом как институтом и правосудием как доказательным и объективным процессом. Он понимал, что далеко не всякая судебная система способна осуществлять надлежащее правосудие. Судебная система, не отделенная от исполнительной власти, не есть суд; судебный процесс, осуществляемый высшими чиновниками, по самой своей сути не есть правосудие. Такой судебный процесс превращается в механизм восстановления и сохранения статус-кво административной системы, в данном конкретном случае – в механизм придания законного вида расправе. И не более. Устрашающие приговоры служат той же цели, но также и тому, чтобы «предупредить повторение подобных попыток в будущем»34.
34. Тургенев Н.И. Россия и русские. С. 110.
51 Тургенев понимал, что явиться на такой суд, значит признать его правомочия, придать легитимность ему и его решениям. Он готов явиться на суд, который хоть в чем-то будет соответствовать принципам правосудия. Процедуру анализа доказательств, которую он предложил, по сути, была ни чем иным как обычной процедурой российского судопроизводства. Но тогда уже самой власти стало понятно, что такой процесс может дискредитировать в принципе решение Верховного уголовного суда в случае даже частичного снятия обвинений пусть и по одному конкретному подсудимому. На это власть пойти не могла, а все попытки его брата Александра и ходатайства влиятельных друзей самого Николая Тургенева содействовать такому разбирательству оказались безуспешными.
52 Дальнейшая его жизнь и деятельность в эмиграции и после помилования в 1857 году (Тургенев не подпадал под амнистию 1856 года) говорит о его стойкой приверженности либеральному преобразованию России на основе принципов свободы и законности. В этом отношении интересно его прошение о помиловании, направленное государю 4 июля 1856 года. В нем он снова приводит аргументы по поводу неправосудности приговора в отношении него не только на основе общих принципов права, но и по действующему тогда российскому законодательству, указывая в том числе, что и сама неявка в суд по российскому закону не является преступлением. Решение о помиловании в принципе было принято быстро. Тургенев и его двое детей получили паспорта, правда, только в мае 1857 года, а сам Указ Сенату был дан 12 мая 1857 года (Указ Его Императорского Величества № 45 от 1857 г.). Вообще это помилование скорее напоминает реабилитацию: его восстановили во всех званиях и правах, в том числе и в праве на небольшое имение.
53 В центре его убеждений и интересов всегда были вопросы крестьянской и судебной реформы. Крестьянская реформа связана с огромных количеством экономических, политических и нравственных проблем. В основе их решения неизбежно лежит поиск компромиссов за которым должно последовать принципиальное политическое решение. В начале царствования Александра II вопросы крестьянской реформы выглядели куда более остро, чем вопросы судебной. Казалось бы, судебная реформа ни чьих интересов напрямую не затрагивает и не обладает такой политической и экономической остротой, но и тут были свои «подводные камни». По мысли Тургенева крестьянская реформа не обойдется без учреждения мировых судов, но все же с «большой» судебной реформой можно не спешить.
54 России необходимо было выбрать новую модель судебной системы. Выбор этот облегчался тем, что все слои немало натерпелись от прошлой модели. В России сложился даже своего рода консенсус. Однако если император Николай I был возмущен медлительностью и бестолковостью судебной системы, то остальная часть населения и даже высшие чиновники натерпелись и от других многочисленных ее недостатков.
55 Дореволюционные юристы и не только официальные придают слишком большое значение в истории судебной реформы резолюции Николая I от 16 ноября 1848 года по так называемому «делу Баташова». В этой резолюции монарх по сути указывает только на один недостаток судопроизводства – на «медленность непомерную». Странно видеть в этой резолюции «колыбель судебной реформы».
56 Надо сказать несколько слов о графе Блудове. Роль графа Блудова, которого считают чуть ли не отцом судебной реформы, была крайне противоречивой как в 1848 году, так и в период подготовки судебной реформы 1864 года. В 1848 году на нем было много рутины и что-то им все же было сделано для улучшения старой системы. Ему, как считается, даже можно приписать спасение университетов от полного их закрытия в 1848 году обозленным Николаем I. Однако, именно он отговорил в 1857 году Александра II от введения института адвокатуры, от введения открытости и гласности судов, от устной формы судопроизводства. Он выступил и за ограничение состязательности в судебном процессе и категорически выступал против суда присяжных. Как мы понимаем, именно эти положения составили суть судебной реформы 1864 года. В 1862 году, за неполных два года до кончины, он резко поменял свои взгляды и «возглавил» работу над новыми судебными уставами. Но что это было на самом деле, теперь трудно понять. Это было внезапное прозрение? Вряд ли. Скорее пришло осознание, что чаша весов общественного мнения склонилась в сторону молодых юристов и лучше бы их возглавить. Г.А. Джаншиев, правовед и историограф реформы Александар II так характеризует Блудова: «Осторожный до робости и мнительности до крайности в это, и без того мнительное, время, горячий почитатель компромиссов и паллиативных полумер, новых заплат на старом рубищ, гр. Блудов был далек от мысли о полном переустройстве даже одного гражданского процесса»35
35. Джаншиев Г.А. С.И. Зарудный и судебная реформа. Историко-биографический эскиз. М., 1889. С. 18.
57 Мнения и суждения Николая Тургенева о Блудове, доходящие до прямого оскорбления, хорошо известны. Он обвинял именно Блудова во всех своих проблемах. Большинство исследователей все же считают эти обвинения несостоятельными, поскольку от Блудова вообще ничего не зависело, а его функции при подготовке «Донесения следственной комиссии» не выходили за рамки секретарских. В то же время трудно представить, что этот пересидевший всех чиновников чиновник николаевской эпохи проявлял какие-то особые достоинства кроме канцелярских. Посмертно изданная книга36 его сентенций, призванная составить его «нравственный портрет» для потомков, полна довольно пошлых мыслей и плоских острот о людях смелых, деятельных, ищущих; реформы для него – это «смена беспорядка».
36. См. Блудов Д.Н. Мысли и замечания графа Дмитрия Николаевича Блудова: (Из его записной книги) – СПб., 1866.
58 Джаншиев, называя Николая Тургенева «декабристом» и «старым либералом», видит его особую роль в вопросе об освобождении крестьян. Это была роль, по его мнению, безусловного морального авторитета, имевшего полное на это право как человека, всю свою жизнь посвятившего делу освобождения крестьян. Однако, как ни странно, Джаншиев ничего не говорит о его роли в деле преобразования судов, а ведь и в эмиграции и после возвращения в Россию он на эту тему писал немало.
59 Данная статья, возможно, послужит хотя бы в какой-то степени восстановлению исторической справедливости.

References

1. Arhiv brat'ev Turgenevyh. T. 2: Dnevniki i pis'ma N. Turgeneva za 1811-1816 gg. SPb., 1913.

2. Arhiv brat'ev Turgenevyh. T. 3: Dnevniki i pis'ma N. Turgeneva za 1816-1824 gg. Pg., 1921.

3. Arhiv grafov Mordvinovyh / pred. i prim. V.A. Bil'basova. V 10 t. SPb.: Tip. I.N. Skorohodova, 1901–1903. T. 6. 1903

4. Turgenev N.I. CHego zhelat' dlya Rossii? Lejpcig, 1868.

5. Turgenev N.I. Opyt teorii nalogov. SPb, 1818.

6. Turgenev N.I. Rossiya i russkie : per. s fr. / N.I. Turgenev ; per. S.V. ZHitomirskaya ; komment. A.R. Kurilkin . – M. : OGI, 2001.

7. Turgenev N.I. O sude prisyazhnyh i o sudah policejskih v Rossii // Turgenev A. I., Turgenev N. I. Izbrannye trudy . - M. : Rossijskaya politicheskaya enciklopediya (ROSSPEN), 2010.

8. Turgenev N.I. Vzglyad na dela Rossii // Russkij zagranichnyj sbornik. CHast' 5. Tetrad' 2. - Lejpcig, 1862.

9. Dekabrist N.I. Turgenev. Pis'ma k bratu S.I. Turgenevu. L., M.: Izd. Akademii nauk SSSR. 1936.

10. Dnevniki i pis'ma Nikolaya Ivanovicha Turgeneva T. IV: Puteshestvie v Zapadnuyu Evropu. 1824-1825. – SPb.: Nestor-Istoriya, 2017.

11. Bludov D.N. Mysli i zamechaniya grafa Dmitriya Nikolaevicha Bludova: (Iz ego zapisnoj knigi) – SPb., 1866.

12. Dzhanshiev G.A. S.I. Zarudnyj i sudebnaya reforma. Istoriko-biograficheskij eskiz. M., 1889.

13. Dzhanshiev G.A. Osnovy sudebnoj reformy: Sbornik statej. M.: «Statut»; RAP, 2004.

14. Kornilov A.A. Ocherki istorii obshchestvennogo dvizheniya i krest'yanskogo dela v Rossii. SPb., 1905.

15. Kunicyn A.P. Rassmotrenie knigi «Opyt teorii nalogov», sochinennoj Nikolaem Turgenevym // Russkie prosvetiteli (Ot Radishcheva do dekabristov). Sobr. proizvedenij v dvuh tomah. T. 1—2. M., «Mysl'», 1966. T. 2.

16. Liberalizm v Rossii / red. V.F. Pustarnakov, I.F. Hudushina. – Moskva : Institut filosofii RAN, 1996.

17. Piskunova A.V. Dekabrist N.I. Turgenev v epohu Velikih reform // Vestnik MGU. Ser. 8. Istoriya. 2016. №3.

18. P.SHCH. Pomilovanie N.I. Turgeneva (po arhivnym dannym) // Byloe. № 9/21 sentyabr' 1907.

19. Sudebnye ustavy 20 noyabrya 1864 g., s izlozheniem rassuzhdenij, na koih oni osnovany, izdannye Gosudarstvennoj kancelyariej. SPb. 1867. CH. 1.

20. Tarasova V.M. Rol' N.I. Turgeneva v obshchestvennom dvizhenii Rossii 20 – 70-h godov XIX v. (K istoriografii voprosa) // Istoriya i istoriki. Istoriograficheskij ezhegodnik. 1972. M., 1973.

21. Tarasova V. M. Proiskhozhdenie liberal'noj koncepcii dekabrizma // Istoriya i istoriki. Istoriografiya SSSR. M.,1965.

22. Tarasova V.M. Turgenev i 1861 god // Revolyucionnaya situaciya v Rossii v 1859 - 1861 gg. M., 1963

23. SHebunin A.N. Nikolaj Ivanovich Turgenev / A.N. SHebunin. - M. : Gos. izd-vo, [1925]

Comments

No posts found

Write a review
Translate